Новини
Home / Економіка / Тайная биография “кошелька” хозяина “Роснефти”

Тайная биография “кошелька” хозяина “Роснефти”

Биография российского менеджера и предпринимателя, президента и управляющего партнера Группы компаний «United Capital Partners», члена Совета директоров «Роснефти», «Транснефти» и «ФСК ЕЭС» насыщена и разнообразна. Нашлось в ней место и работе на американцев, и махинациями с акциями “Газпрома” (снова-таки в пользу западного капитала), выводу активов ЮКОСа и захватом сети “Вконтакте”. Но главная должность этого человека – должность личного кошелька главы “Газпрома” Игоря Сечина нигде официально не упоминается. В то же время именно она служит гарантом благосостояния и неприкосновенности этого человека, о чем свидетельствует расследование агентства “Стрингер”.

Вербовка

Илья Щербович родился в 1974 году во Владимире. Учился в английской спецшколе. В те годы попасть в английскую спецшколу – нужны были хорошие связи непростых родителей… В легендарные девяностые он (в отличие от многих своих соотечественников) ничего не потерял, наоборот. В 1991 году Илья Щербович поступил в Российскую экономическую академию им. Г. В. Плеханова на факультет Международных экономических отношений.

В 1992 году студента второго курса Щербовича пригласили работать в московское инвестиционное подразделение Всемирного банка – Международную финансовую корпорацию (IFC).

Кто и почему это сделал, остается неизвестным, сам Щербович никогда об этом не рассказывал. IFC была создана в 1956 году с целью «обеспечить устойчивый приток частных инвестиций в развивающиеся страны». Контора «осуществляет предоставление займов, инвестирование в форме долевого участия в капитале, предлагает структурированное финансирование и продукты по управлению рисками, а также оказывает консультационные услуги в целях стимулирования роста частного сектора в развивающихся странах». Если отбросить этот ряд умных слов, то IFC – это экономический филиал спецслужб США, задачей которого является построение в разных странах экономической модели, выгодной США, и подготовка «нужных» кадров.

Когда американские кураторы сочли Илью Щербовича достаточно подготовленным для деятельности в интересах международного финансового капитала, его в 1994 году, двадцатилетнего парнишку, назначают консультантом группы мониторинга фондового рынка при Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ).

Деятельность этой комиссии на заре образования капиталистических предприятий была чрезвычайно важна, через нее проходили все бумаги об образовании акционерных обществ, от свечного заводика до Газпрома. Эта информация тут же попадала на стол руководства IFC и ЦРУ. Именно в те годы была уничтожена основная часть высокотехнологичной промышленности России.

Таким образом, Илюша Щербович одновременно учился в Плехановке, работал сотрудником приватизационного отдела IFC и консультировал группу мониторинга фондового рынка ФКЦБ. У него еще оставалось время на шахматы, рыбалку, девушек и рестораны.

Такие таланты рождаются раз в столетие, поэтому когда более старшие финансовые гении Борис Федоров и Чарльз Райан в 1995 году подбирали руководителя отдела структурирования финансовых продуктов в созданной ими «Объединенной финансовой группе» (ОФГ), они не прошли мимо 21-летнего пятикурсника «Плехановки». Согласно другим источникам, Щербович сразу был назначен генеральным директором ОФГ.

«Шлифовальщик» из правительства

Американец Чарльз Райан знал себе цену – «финансовый проходимец». Это его собственное определение из появившейся в СМИ прослушки его беседы по телефону. Райан так отозвался об известном в начале 2000-х Борисе Йордане: “Он обычный проходимец, как мы, финансовый проходимец… в нашем проходимском мире финансовых проходимцев”.

Борис Федоров себя так не называл, держался солидно, как никак бывший министр. Именно Борис Федоров ввел Илюшу Щербовича в мир больших денег и большого мошенничества, стал для него наставником, или, на блатном жаргоне, «шлифовальщиком».

Начальный капитал для ОФГ Федорову и Райану предоставил французский банк Paribas (сейчас BNP Paribas). В ОФГ Федорову принадлежало более 60% акций. Хотя французам принадлежало 25% ОФГ, но они предоставили ОФГ практически весь стартовый капитал — $1 млн. Французы не прогадали, в мае 1998 года, за три месяца до финансового коллапса в экономике, Paribas продал свои 25% акций за $15 млн менеджерам ОФГ (1500% прибыли за 3 года – отличный результат, как говорил еще Карл Маркс, при таком проценте дохода нет преступления, на которое бы не пошли капиталисты). Именно тогда Щербович получил долю в компании. А через пять лет, когда покупкой ОФГ заинтересовался Deutsche Bank, он был уже самым крупным после Федорова и Райана совладельцем группы с долей около 20%.

За что Щербович получил 20% акций ОФГ, расскажем позже, а пока подробнее о «шлифовальщике» юного дарования Борисе Федорове.

Борис Федоров в 1980 году окончил Московский финансовый институт (ныне — Финансовая академия при Правительстве РФ) по специальности «международные экономические отношения». С 1980 по1987 год работал экономистом, старшим экономистом в Главном валютно-экономическом управлении Госбанка СССР. В этом управлении он занимался не столько экономикой, сколько общественными делами – был там секретарем комитета ВЛКСМ. Комсомольские деятели 80-х – одна из самых мерзейших прослоек общества в те годы, их презирали все нормальные люди. Поэтому как только Михаил Горбачев снял ауру неприкосновенности с партийных и комсомольских деятелей, шустрого молодого человека из Госбанка СССР попросили на выход. Пришлось Боре с 1987 по 1989 год поработать старшим научным сотрудником Института мировой экономики и международных отношений. Но комсомольские связи у него остались, и в 1989 году он уже числился референтом (консультантом) в ЦК КПСС.

КПСС разваливалась на глазах, и Федорову удалось спрыгнуть с тонущего корабля на правильный борт – с 1990 года он министр финансов РСФСР. Но удержаться в теплом кресле Федоров не сумел, слишком был нагл и некомпетентен, и его отправили с глаз долой за границу. В 1991—1992 Борис Федоров — руководитель отдела по проектам в России и СНГ в ЕБРР, затем — исполнительный директор от России во Всемирном банке, работал по проектам в Петербурге.

О талантах Федорова вспомнили в гайдаровском кабинете, и с декабря 1992 по октябрь 1993 он — заместитель Председателя Совета Министров РФ, с марта 1993 года — одновременно Министр финансов России.

Борису Федорову приписывают авторство закона о Центральном банке, по которому ЦБ стал независим от правительства и ныне действует не в интересах России, а по командам из МВФ.

Последний министр финансов СССР Валентин Павлов так высказался о Борисе Федорове: “Речь идет о психологической и нравственной незрелости, что абсолютно недопустимо для государственных деятелей высокого ранга”.

В 1994 году тогдашний премьер Виктор Черномырдин выгнал Фёдорова из правительства после крупного скандала – аферы с вывозом из России драгоценностей компанией «Голден АДА».

Российские бриллианты в Сан-Франциско

В феврале 1994 года жители Сан-Франциско наблюдали странную картину. На крышу здания в центре города средь бела дня приземлился огромный русский военный вертолет. Поднятые лопастями воздушные вихри были столь сильными, что при приземлении в окнах соседних домов вылетели стекла.

Как оказалось, вертолет был передан в дар местной полиции. А дарителем была никому здесь не известная алмазная компания “Голден АДА”, ее возглавлял также никому не известный Андрей Козленок, кстати, выпускник Плехановки (на фото). Алмазные дельцы подарили это чудо техники с условием, что иногда они будут использовать крылатую машину для доставки партий сибирских алмазов на свое предприятие.

Русские транжирили просто сумасшедшие деньги в Сан-Франциско и его предместьях – причем в основном наличными.

В США один за другим стали приземляться самолеты, буквально набитые драгоценностями. Ценный груз сопровождали сотрудники российской фельдъегерской связи. В мешках, которые поступали на фирму Козленка, были обработанные сибирские алмазы. Тысячи камней – 26 тысяч карат. По самым скромным оценкам, от их продажи можно было бы выручить 20 миллионов долларов. Но это было лишь частью поставок. Вслед за алмазами стали прибывать мешки с отличным серебром, старинными тарелками, столовой посудой и редкими монетами. Вслед за мешками пошли ящики – с аметистами, топазами, изумрудами, иные камушки были величиной с кулак. За ящиками с драгоценными камнями следовали ящики с антиквариатом – пасхальными яйцами, которые были украшены драгоценными камнями в стиле Фаберже, ангелом с алмазами в протянутых руках, фигурками из слоновой кости. Сотни колец, серьги, браслеты, броши и ожерелья.

А потом пошло золото. Тонны золота. Не в слитках, но в старинных монетах: франках из дореволюционной Франции, английских фунтах, американских долларах конца прошлого века. Были и российские монеты с изображением Петра Великого. Всего, как позже выяснилось, было около 5,5 тонны золота.

В руки Козленка были отправлены бесценные сокровища из Гохрана, национальное достояние России.

Официально драгоценности были переплавлены (!) и реализованы за 50 миллионов долларов. Американцы были в шоке.

Полиция выяснила, что по документам все было вроде бы законно. Не кто-нибудь, но само правительство Российской Федерации по доброй воле решило передать все это добро маленькой частной фирме, которой официально руководили двое армян, за два месяца до этого красившие в Сан-Франциско уличные бордюры.

Потом российским следователям так и не дали до конца раскрутить уголовное дело о хищениях госсобственности и выяснить, кто в правительстве санкционировал вывоз всех этих ценностей из страны. По статусу разрешение мог отдать только премьер и его замы. Борис Федоров как раз и являлся тем вице-премьером, который отвечал в правительстве за подобные сделки.

В результате аферы за границей практически безвозвратно пропали из Гохрана драгоценности и золото на сумму 184 миллиона долларов.

Добавим, что за делом «Голден Ада» потянулась череда других процессов, более десяти. В феврале 1998 года разбирательство по одному из них вышло на решающую стадию вынесения приговора. Прокурор потребовал для обвиняемого Сергея Довбыша, директора фирмы “Корона” – дочернего предприятия компании Козленка “Совкувейтинжиниринг”, 10 лет лишения свободы. Судьи удалились в совещательную комнату, а конвоиры почему-то отлучились из комнаты, в которую они доставили подсудимого. Когда они вернулись, Довбыш якобы висел на ремне, привязанном к оконной ручке (по другим сведениям, удавку Довбыш сделал из рукавов своего свитера). Козленка тоже арестовали, сначала в Европе, а потом выдали России. Он реально опасался за свою жизнь, но ему повезло. 17 мая 2001 Козленок был приговорён в Москве к шести годам лишения свободы, а уже 8 января 2002 года вышел на свободу и исчез за пределами Родины.

В 1998 году Федоров зачистил банк «Восток-Запад»

История с «Голден Ада» имела место в 1994-95 годах, а деньги имеют неприятное свойство кончаться. Но Борису Федорову в 1998 году подвернулась новая возможность обогатиться. В мае он получил должность руководителя Госналогслужбы, а в августе еще и пост вице-премьера РФ. Эти должности подразумевали индульгенцию на любые преступления.

В уголовном деле N 87022, возбужденном 7 июля 2000 года по факту растраты имущества в крупном размере с использованием служебного положения, была описана схема грабежа банка «Восток-Запад». Банком управляла ОФГ (в которой трудился Илья Щербович), а сам Федоров возглавлял совет директоров банка.

О предстоящем дефолте Федоров был прекрасно осведомлен, и времени не терял. Накануне дефолта Федоров вывел из банка в зарегистрированные на Кипре оффшорные компании около 24 миллионов долларов. Как раз эти оффшорные компании и значились в учредителях ОФГ.

После возбуждения уголовного дела N 87022 начальник департамента информатизации банка “Восток-Запад” был найден мертвым в лесу, а конкурсный управляющий этого банка Мартиросов К.А. (именно по его заявлению возбудили уголовное дело) был жестоко избит.

В наследство от банка “Восток-Запад” Федорову осталось не только уголовное дело, но и шикарное здание на Поварской, д. 10, где размещается сегодня ОФГ. В СМИ писали, что здание досталось ОФГ чуть ли не бесплатно путем вексельной схемы взаиморасчетов. Подробности операции можно посмотреть в публикации Новой Газеты 13.07.2000 г. «Похороны банка “Восток-Запад” многих обогатили». В этом деле есть такая пикантная деталь: валютная задолженность одной из федоровских компаний перед банком «Восток-Запад» в 1998 году была конвертирована в рублевые беспроцентные векселя с погашением в 2024 году!

Это только известные аферы Федорова, по которым возбуждались уголовные дела.

Очевидно, что Илья Щербович был в курсе деталей этих операций Федорова как ближайший сотрудник экс-министра по ОФГ. Так что молодой человек прошел прекрасные криминальные университеты. С середины 90-х основной деятельностью Ильи Щербовича под руководством Бориса Федорова была криминальная скупка акций Газпрома.

Газпром акционировали для своих

В ходе расследования уголовного дела N 87022 о криминальном банкротстве банка «Восток – Запад» следователи выяснили, что ОФГ занимается другим крупным мошенническим бизнесом – незаконной скупкой акций Газпрома (в СМИ часто встречается английское название зарубежного дубликата ОФГ – United Financial Group (UFG). Правда, выяснить это было нетрудно, так как в UFG-ОФГ и не думали скрывать свой бизнес.

В рекламном объявлении для зарубежных инвесторов говорилось: “Отдел по разработке структурных проектов UFG предоставляет зарубежным клиентам возможность производить инвестиции в российские ценные бумаги, которые, согласно российскому законодательству, не могут находиться в собственности лиц-нерезидентов. С помощью финансовых структур, созданных отделом, клиенты могут инвестировать в акции таких компаний, как Газпром и Сбербанк…” То есть прямое предложение услуги, суть которой противоречит российскому законодательству.

Для понимания дальнейших событий коротко расскажем об истории акций Газпрома. В 1988 году Министерство газовой промышленности СССР было преобразовано в госконцерн Газпром. А в 1993 году компания преобразована в АО.

Распоряжением от 26.01.1993 президент Ельцин “в целях создания условий для реализации приватизационных чеков населением” разрешил продажу за ваучеры 28,7% акций нового акционерного общества жителям 61 региона. Акции Газпрома распределялись по регионам пропорционально доле основных фондов концерна на данной территории. Например, в Нижегородской области продавалось 0,79%; в Мордовии – 0,32%; в Москве – 0,025%; в Тюменской области без Ямало-Ненецкого АО – 7,2%. Владельцами акций стали почти 750 000 российских граждан.

Барьер для иностранцев

Опытные зарубежные финансисты сразу же поняли привлекательность владения акциями Газпрома, но напрямую купить акции не могли. На продажу акций было наложено ограничение – перед тем, как продать акции, их собственник был обязан предложить акции самому “Газпрому”.

Это ограничение легко обходилось с самого начала продажи акций. Общая схема выглядела так. В Россию заводились иностранные деньги, на которые покупались ваучеры, затем с жителями регионов заключались соглашения, по которым они выступали в качестве агентов при покупке. Далее акции передавались в уставный капитал вновь образованного общества, на эту форму владения требование оферты не распространялось. А затем по символической цене акции уже не Газпрома, а совершенно другой компании, переходили к реальным владельцам. Таким образом, появились первые производные ценные бумаги от “Газпрома”, а вместе с ними и серый рынок.

Еще одна схема, примененная во время чековой приватизации чешской компанией Europa Capital Management, была такова: акции оформлялись как залог договора займа и переходили в собственность компании-займодателя при невозврате залога.

Мошенничеств с этими производными формами собственности было немало, порой фирмы, владеющие акциями, просто исчезали вместе с ними.

Скорость перехода акций в собственность иностранцев и их концентрация в руках нескольких компаний напугала руководство страны, так как реально грозила утратой полного контроля над Газпромом. Одно дело – сотни тысяч мелких владельцев, другое – зарубежная фирма с четвертью акций газового монополиста. И 29 мая 1997 года появился Указ Президента № 529, суть которого сводилась к следующему: на внешнем рынке разрешалось продать 9% акций Газпрома в формате депозитарных расписок (ADR), покупать акции Газпрома на внутреннем рынке запрещалось иностранным компаниям и российским компаниям с долей в уставном капитале зарубежных собственников 50% и более.

Так возникло два рынка: внутренний рынок акций Газпрома и зарубежный рынок ADR, которые стоили в два раза дороже акций внутреннего рынка. Сыграть на разнице двух рынков в преддверие полной либерализации рынка акций Газпрома хотели все финансовые спекулянты (ограничения на акции были сняты только в 2005 году, после того, как государство сконцентрировало в своих руках более 50% акций газовой монополии). Власти еще раз подстраховались в 1999 году, введя в закон “О газоснабжении” ограничение на долю иностранцев в 20%.

Читинские оффшоры

Чтобы обойти ограничения на иностранное владение акциями Газпрома в ОФГ применили следующую схему. На первом этапе оффшорная компания учреждает в Москве две свои дочерние фирмы. На втором этапе эти фирмы учреждают еще три, в каждой из которых имеют половину уставного капитала. Затем эти три фирмы с помощью двух московских обмениваются “по кругу” своими уставными капиталами, в результате чего в каждой из трех в среднем оказывается по 27,5% долей двух других, а 45% принадлежит двум московским фирмам. Затем руководство российских фирм выдавало генеральную доверенность на полное управление собою ОФГ. Фирмы регистрировались в Агинском районе Читинской области, который в то время представлял собой внутренний российский оффшор – зарегистрированные здесь фирмы не платили налог на прибыль, а только определенную сумму в местный бюджет.

С помощью такой схемы процент присутствия зарубежного капитала в фирмах снижался до разрешенного в операциях с акциями Газпрома.

Затем московские фирмы продавали свою часть уставного капитала зарубежному оффшору, тот закачивал в их уставный капитал средства для операций на фондовом рынке и передавал всю троицу в управление ОФГ.

Следствие нашло больше 25 связанных групп, состоящих, как правило, из одного кипрского учредителя и трех российских компаний.

Всего в ОФГ таким путем была закачана сумма для покупки более 6% акций Газпрома. Аналитики рынка оценивали долю UFG по скупке в пользу иностранцев акций Газпрома в 85 – 90% от общей суммы подобных сделок. Второе место отдавали компании “Тройка Диалог“.

При использовании подобной схемы регистрации «троек» практически неизбежно, что кто-то из учреждаемых возникает раньше учредителя. Но не только этот момент был криминалом. Следователь Следственного управления при УВД САО Елена Свиридова заявила в интервью “Ведомостям” в марте 2001 года, что в деятельности UFG налицо “злой умысел и многочисленные случаи нарушения действующего законодательства”. Свиридова посчитала, что “совместный контролируемый иностранным инвестором капитал составил около 70% уставного капитала данных обществ”, а это уже противоречит президентскому указу № 529. Свиридова обещала, что “дело будет готово к суду в конце апреля”. До суда дело не дошло.

Добавим, что в августе 2004 года депутат Госдумы Юрий Савельев направил высшим чинам ФСБ, МВД и Генеральной прокуратуры запрос о деятельности незаконной деятельности ОФГ, но тоже безрезультатно.

Зиц-председатель Щербович

Еще в ОФГ скупали активы Сбербанка РФ и РАО ЕЭС. Собственники этих активов передавали право на голосование своими акциями фирмам, подконтрольным Федорову. С помощью этих голосов Борис Федоров в 2000 году был избран в состав Советов директоров ОАО «ГАЗПРОМ», РАО «ЕЭС России» и членом Наблюдательного совета Сбербанка России. Если хватало акций, Федоров подтягивал Щербовича, который становился членом Наблюдательного Совета Сбербанка в 2000 – 2001 годах.

Всем зарубежным инвестором, покупающим акции российских компаний через ОФГ, было понятно, что схема скупки откровенно криминальная. Все держалось только на имидже Бориса Федорова, экс-министра финансов, который даже после своей отставки в 1994 году от власти далеко не отходил. В 1994 – 1998 гг Федоров избирался депутатом Госдумы РФ от 205, а затем от 195 округа г. Москвы. Работал Председателем подкомитета по денежно-кредитной политике и деятельности Центробанка РФ. Был членом комитета ГосДумы РФ по бюджету, налогам, банкам и финансам и доверенным лицом Бориса Ельцина на президентских выборах 1996 года.

И все-таки… Хотя Федоров напрямую не возглавлял ОФГ, как человек осторожный, он мог предполагать, что в какой-то момент политический вектор может перемениться с непредсказуемыми последствиями. Поэтому в ОФГ пиарили формально возглавляющего компанию молодого талантливого Щербовича, на всякий случай усиленно распространяя слух, что именно он придумал схему с читинскими пустышками для скупки акций Газпрома.

Если непредвзято, то в схеме с читинским пустышками ничего особенно творческого нет, в похожих вариантах ее мог реализовать любой игрок финансового рынка. И если подобные схемы от других игроков широко не рекламировались на рынке, то только потому, что не любой игрок мог рассчитывать на индульгенцию от власти, какую имел Борис Федоров. И не любой человек был готов пойти на риск стать подследственным в деле о прямом нарушении российского законодательства. Илья Щербович на этот риск пошел. Талантливых молодых людей пруд пруди, а готовых сесть в тюрьму – раз-два и обчелся. Федоров и Райан за риск платили хорошо. Вот откуда у Щербовича к 2006 году образовался пакет в 20% акций ОФГ. Если заглянуть в будущее, то вообще вся деятельность Ильи Щербовича – это череда грязных заказных дел.

«Защитник» миноритариев

Тем временем на Федорова стали жаловаться законопослушные иностранные владельцы ADR Газпрома. Информация о деятельности ОФГ на международных финансовых рынках привела к тому, что стоимость ADR Газпрома на внешнем рынке упала вдвое. Когда иностранцы на легальной основе покупали акции Газпрома, они надеялись, что правила игры сохранятся. А если они будут меняться, то акционеры узнают о них первыми с правом преимущественной покупки вновь выпускаемых на внешний рынок акций Газпрома (указ № 529). Несколько западных юридических компаний написали письма в совет директоров монополии. В этих письмах содержалась просьба разъяснить действия члена совета директоров “Газпрома” Бориса Федорова.

Но у Бориса Федорова на рубеже 2000-х были другие заботы, чем имидж российского бизнеса. Он объявил себя главным защитником миноритарных акционеров. Особенно досталось Газпрому, руководство которого обвинялось в выводе активов за границу, заключению самых выгодных контрактов с фирмами, принадлежащими детям, и прочих грехах. Кампания была такой мощной, что тогдашнему главе Газпрому Рэму Вяхиреву в 2001 году пришлось уйти в отставку.

Но ряд миноритариев посчитали, что Федоров их попросту кинул, получив инсайд, не стал отстаивать их интересы, а принялся активно играть на рынке.

Независимая “Ассоциация по защите прав миноритарных акционеров” Сбербанка обвинила Федорова в том, что, проголосовав за увеличение общего количества акций банка, он тем самым обесценил долю в акционерном капитале держателей минимального количества этих акций. Как заявил координатор ассоциации, президент МЦФБ Сергей Карпов, это стало ясно после того, как Федоров проголосовал за дополнительную 36-процентную эмиссию акций Сбербанка, чем «существенно ухудшил положение миноритарных акционеров, доля которых в акционерном капитале банка уменьшилась». Карпов утверждает, что Федоров изменил позицию, так как сумел для своей UFG получить от главы ЦБ Виктора Геращенко право передать 1% акций Сбербанка иностранцам. Ни до этого случая, ни после никто такого права больше не имел. По подсчетам координатора, сделка принесла Федорову порядка $7 млн комиссионных.

Критика со стороны Федорова в адрес руководства РАО ЕЭС, по мнению Ассоциации по защите прав миноритарных акционеров, вызвана тем, что менеджмент компании неоднократно отказывал Федорову в коммерческих предложениях – например, провести зачет с Курской областью на 110 млн руб. (зачеты – профильный бизнес UFG), оказать финансовую поддержку фонду «Русская усадьба», снять ограничения по поставкам электроэнергии Воронежскому заводу алюминиевых конструкций и т. п.

Еще Федоров требовал раскрыть всю информацию о деятельности компаний, чьими акциями он управлял от имени миноритариев, а ведь речь шла о системообразующих компаниях Российской Федерации. Сегодня такими атаками на крупные компании занимается ученик Федорова Илья Щербович.

Тень Магницкого

Интереснейший вопрос в истории со скупкой акций Газпрома – кто давал деньги Федорову. Ответа на этот вопрос не будет, пока в России не запретят анонимную собственность. Но чаще всего в СМИ среди возможных инвесторов ОФГ назывались имена международных аферистов Кеннета Дарта, братьев Ричарда и Кристофера Чандлеров.

С криминальной скупкой акций Газпрома связана и скандальная история с деятельностью в России Уильяма Браудера и его сотрудника Сергея Магницкого. Напрямую с ОФГ эта история вроде бы не связана, но без нее история акций Газпрома не будет полной.

В 1995 году владелец Республиканского банка Нью-Йорка Эдмонд Сафра решил покупать дешевые российские активы, и открыл на Дмитровском переулке в Москве офис банка. Дело казалось настолько выгодным, что Сафра предложил покупать русские акции и своим клиентам, а для этого создал на Гернси оффшорный фонд «Эрмитаж», названный в честь принадлежащего ему одноименного отеля в Монте-Карло.

Действовала компания примерно так же, как и ОФГ, только российскую пустышку зарегистрировали в другом внутреннем оффшоре – Калмыкии, плюс на работу в ней фиктивно наняли инвалидов, что позволяло платить меньше налогов.

Уильяма Браудера тогда взяли на работу на должность одного из директоров компании «Эрмитаж Кэпитал», дочерней компании банка, являвшейся инвестконсультантом фонда. Ему нужно было жить в Москве, следить за котировками и давать советы управляющим что покупать на деньги инвесторов.

В 1999 году Сафра продал свой банк группе HSBC, и новые владельцы банка решили доверить управление фонда Браудеру.

Вскоре после продажи Сафра был сожжен заживо в результате поджога его особняка в Монте-Карло (поджигателей не нашли).

Рынок рос, с ним рос и фонд, HSBC был доволен и не задавал лишних вопросов. Зато их в 2003 и в 2004 годах задала налоговая инспекция Элисты, решившая пояснить, почему две компании фонда — ООО «Дальняя степь» и ООО «Сатурн Инвестментс» заплатили за 2000 и 2001 год 5,5% налогов вместо 35%. Переговоры с налоговой вел сам Магнитский, который был генеральным директором ООО «Сатурн Инвестментс» и действовал по доверенности, подписанной от ООО «Дальняя степь» Браудером.

Было возбуждено следствие, которое выяснило, что зарегистрированная в июне 1998 года в Элисте компания “Дальняя степь” скупала акции Газпрома в обход законодательных ограничений, всего на компании числилось 37,5 млн акций. Когда началось следствие, эти акции исчезли в разных оффшорных компаниях.

Ущерб от неуплаты налогов компанией «Дальняя степь» был оценен в 1,2 млрд рублей.

К обвинениям в неуплате налогов фирмами Браудера следствие добавило обвинение в незаконной скупке акций Газпрома. По данным МВД, Браудер незаконно скупил почти 132 млн акций газового монополиста на два с лишним миллиарда рублей.

Браудер имел амбиции влиять на управление Газпромом, вошел в состав его Совета директоров, пытался получить доступ к стратегической информации, требовал изменения ценовой политики, в частности, резкого повышения внутренних цен на газ. Именно Браудера сменил в Совете директоров Газпрома от миноритарных акционеров в 2000 году Борис Федоров.

В этой истории много грязных подробностей, которые выходят за рамки статьи, но один мотив нельзя обойти – странные трупы. В 2005 году Браудеру отказывают во въезде в Россию, а в 2007 году начинаются следственные действия по делам об уклонении от налогов. В октябре 2007 года умирает посредник между Браудером и другими участниками аферы адвокат Гасанов. Сердечная недостаточность. Весной 2008 года умирает номинальный владелец одной из подставных контор в схеме Магнитского – Валерий Курочкин. Подвела печень. А еще через пару недель не стало банкира Коробейникова, через которого проходили деньги. Сердечный приступ. В конце 2008 года арестовывают Магнитского, а через год он умирает в СИЗО от сердечной недостаточности.

И самая неожиданная смерть: 20 ноября 2008 года в Лондоне от инсульта умирает 50-летний цветущий здоровяк Борис Федоров.

Марионеточный директор

В 2012-2013 годах Илья Щербович являлся членом Советов директоров крупнейших российских государственных компаний: ОАО «НК „Роснефть“», ОАО «АК „Транснефть“» и ОАО «ФСК ЕЭС». За какие заслуги его туда поставили государственные чиновники? Сам Щербович скромно прокомментировал ситуацию так: «Я к тому времени давно руководил инвестиционными структурами на фондовом рынке, был членом совета директоров Сбербанка. Вот меня и включили». Из членов Совета директоров Сбербанка Щербовича выгнали еще в 2001 году. В СМИ была опубликована прелюбопытнейшая версия назначения Щербовича в «Транснефть».

В один из первых рабочих дней 2012 года, 10 января, котировки привилегированных акций «Транснефти» подскочили за один день на 11% при довольно большом объеме торгов – 4 млрд руб. При этом каких-либо фундаментальных причин для этого не было – новостной фон был спокойным. На следующий день, 11 января 2012г., объемы торгов выросли еще больше – до 4,7 млрд руб., а котировки выросли еще на 5%. В тот же день в российской деловой прессе появилась информация о том, что И. Сечин предлагает отложить приватизацию крупнейших компаний ТЭК, в том числе «Транснефти», поскольку до 2013 г. это делать якобы «экономически неэффективно» из-за сложной структуры управления и собственности. В попавшем в СМИ письме вице-премьера перечислены в том же контексте «Роснефть», ФСК ЕЭС и «РусГидро», однако с их акциями ничего не случилось.

История так бы и вошла в летопись российского фондового рынка как очередная аномалия, если бы ею не заинтересовались компетентные органы. Как публикатору стало известно из источников, близких к расследованию, конечным бенефициаром указанных операций был Илья Щербович, при этом скупку акций на бирже он осуществлял по личному указанию самого Игоря Сечина.

Примечательно, что буквально через несколько недель после биржевых операций сам И. Щербович был включен в число кандидатов в совет директоров той же самой «Транснефти» – в качестве независимого директора. Предложение по включению И. Щербовича в кандидаты готовил непосредственно секретариат И. Сечина. По данным следствия, это было одним из элементов договоренности между ним и его высокопоставленным покровителем. Другой частью этой договоренности было то, что в дальнейшем новоизбранный и якобы «независимый» директор должен был провести через совет директоров «Транснефти» решение о выкупе этого пакета акций «по цене, в разы превышающей рыночную стоимость». Учитывая объем скупленного будущим независимым директором пакета (238 тыс. акций), его рыночная стоимость на тот момент составляла 12-14 млрд руб. Если же продать его «в разы дороже» государству, можно было сорвать весьма приличный куш вполне легализованных денег, и вряд ли все они предназначались только для И. Щербовича. Так писали в СМИ.

Неопровержимо одно – кандидатуру Щербовича в советы директоров внесло правительство, а список кандидатур готовил лично вице-премьер Сечин, курировавший энергетический сектор. В администрации сторонников Щербовича не было, но и аргументов против него тоже не было. Отсюда чиновники стали считать Щербовича «человеком Сечина», поскольку тот продвигает только доверенных людей. «Горжусь этим знакомством и ценю наши рабочие отношения», — говорит Щербович про отношения с Сечиным.

Щербович был в совете директоров «Роснефти» до июня 2013 г. В апреле 2014 года в одной из статей в СМИ Щербовича даже назвали «кошельком Сечина».

Версия с «колонной»

Кто такой Сечин, и кто такой Щербович? Слон и моська. Источник «Форбс», близкий к «Роснефти», уверяет, что Сечин не имел отношения к выдвижению Щербовича в Совет директоров «Роснефти», и особые отношения их не связывают. Журнал приводит и такую оценку Щербовича со стороны Игоря Сечина: «Если Щербович прыгнул в окно, можно смело сигать за ним, там точно деньги есть. Он шагу не ступит, чтобы не заработать».

Не надо быть психологом, что осознать: такую оценку публично не дают близким доверенным людям. Подобные оценки исподволь навязывают со стороны. И есть один человек, который мог внушить Игорю Сечину такую оценку – Павел Федоров.

Если два странных события произошли в одно время, то между ними стоит поискать связь. В 2012 году произошли два странных назначения: Илья Щербович вошел в Советы директоров «Роснефти», «Транснефти» и «ФСК ЕЭС», и за три месяца до этого, в марте 2012 года, Павел Федоров был назначен замминистра энергетики РФ. В сферу его ответственности входили вопросы перспективного развития топливно-энергетического комплекса, таможенно-тарифной, налоговой и инвестиционной политики, реализации совместных проектов, трансфера технологий и повышения инвестиционной привлекательности предприятий ТЭК.

12 февраля 2013 года Павел Федоров был освобожден от должности по причине наличия у него второго гражданства (Великобритании), и в 2013 году Илью Щербовича не выдвинули в Советы директоров госкомпаний энергетического сектора.

Зачем Сечину проталкивать некоего Щербовича в «Роснефть» и «Транснефть», и еще более зачем он Сечину в энергосетях? Сечин должен был помнить, что этот выскочка в 2007 году здорово нагрел его с покупкой 13 лота при распродаже активов ЮКОСа.

А вот смотрящим за Россией от мирового финансового интернационала свой человек в энергосетях очень даже нужен.

Если выражаться в терминах теории заговора, то Щербович – идеальный кандидат от пятой колонны в российские структуры управления стратегическими объектами. Заслуженный финансовый мошенник, любимый ученик мошенника и прозападного либерала Бориса Федорова.

Павел Федоров тоже «заслуженный», родился в 1974 г. С 1998 по 2005 г. – исполнительный директор, вице-президент лондонского отделения американского инвестиционного банка «Морган Стэнли» (козе понятно, что 24-летних выпускников вашингтонского университета сразу же назначают исполнительными директорами в крупнейших мировых банках). С 2006 по 2010 г. – управляющий директор «Ю-Би-Эс» (Москва, структура «Морган Стэнли») , управляющий директор, старший советник «Морган Стэнли» (Москва). С апреля 2010 г. по март 2012 г. – первый вице-президент ОАО «НК «Роснефть» по экономике и финансам. С марта 2012 по февраль 2013 – замминистра энергетики РФ. С апреля 2013 г. – замгендиректора «Норильского никеля».

Появление в «Роснефти» в 2010 году финансиста из компании международного уровня выглядит оправданным. Именно в этом году компания вышла на серию масштабных совместных проектов с крупнейшими зарубежными компаниями. «Роснефть» заключила соглашение о приобретении доли в СП Ruhr Oel в Германии, был дан старт совместному проекту с китайской компанией CNPC по сооружению в г. Тяньцзинь в КНР нефтеперерабатывающего завода, заключено соглашение о стратегическом сотрудничестве с компанией Crescent Petroleum (ОАЭ), предполагающее разведку и разработку нефтегазовых месторождений на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Начались работы по реализации крупного контракта с Китаем, заключенного годом ранее. Ну, и когда в «Роснефти» стали искать опытного финансиста, пятая колонна своего шанса не упустила – из международных финансовых структур, как из некоторых организаций не уходят!

В заключение такой факт. На принадлежащей Щербовичу рыболовной базе на Кольском полуострове в разное время побывали разные правительственные чиновники. Сколько в России рыболовных баз, но они приезжали именно на эту. Другими гостями базы Щербовича были бывший вице-президент США Дик Чейни и бывший глава федрезерва Пол Волкер.

Префы «Транснефти»: и заработать, и послужить

Нет прямых доказательств, что Игорь Сечин стоял за скупкой Щербовичем привилегированных акций «Транснефти» в январе 2012 года. Но есть указание на то, что Щербович эти акции купил. Иначе зачем ему было летом 2014 года писать руководству «Транснефти», что он недоволен дивидендами компании на привилегированные акции за 2013 год.

Представитель монополии подтвердил «Ведомостям» получение такого письма. Содержание письма аналогично обращению Ассоциации по защите прав инвесторов (АПИ), которое было опубликовано в газете «Ведомости» 2 июня. Члены АПИ обратились по поводу заниженных дивидендов к премьер-министру Дмитрию Медведеву, первому вице-премьеру Игорю Шувалову, руководителю Росимущества Ольге Дергуновой, президенту «Транснефти» Николаю Токареву и членам совета директоров монополии.

Префы «Транснефти» всю свою историю служили раздражителем для финансовых спекулянтов и агентов пятой колонны. Так, в 2002 году собственники (предположительно Керимов и Потанин) порядка 80% префов, номинальным держателем которых был «Росбанк», обратились к руководству «Транснефти» с предложением выпустить на них американские депозитарные расписки. Капитализация компании, по мнению некоторых экспертов, после выпуска ADR выросла бы в несколько раз. Но госмонополия попала бы в зависимость от зарубежных собственников.

В 2010 году тот же Керимов, которому приписывали контроль над компаниями-собственниками двух третей префов, хорошо заработал, раскачивая рынок с помощью заявлений директора департамента имущественных отношений Минэкономразвития Алексея Уварова. В тот год обсуждалась приватизация «Траснефти», и если министры говорили, что «Транснефти» в списке на приватизацию нет, то Уваров уверял, что ее вот-вот в список включат. Цены прыгали туда-сюда. Финишным аккордом спекулянтов стала публикация 11 августа в газете «Ведомости» письма руководителей трех оффшорных инвестиционных фондов на имя Владимира Путина с копией в адрес вице-премьеров И. Шувалова и И. Сечина и министра финансов А. Кудрина, в котором биржевые спекулянты предлагали правительству продать 25% обыкновенных акций из государственного пакета. Кстати, одновременно иск к компании пытался подать Алексей Навальный (как же без него!).

Смысл той атаки на компанию был в том, что в документации ко всем выпущенным компанией еврооблигациям содержалось условие “смены контроля”, — при приватизации любого мало-мальского количества акций право требовать досрочного погашения получили бы держатели облигаций на сумму 1,8 миллиарда долларов и 700 миллионов евро. А это означало срыв инвестиционной программы компании – строительства нефтепроводов «Пурпе – Самотлор» и «Балтийская трубопроводная система – 2». БТС-2 сейчас спасает российский экспорт нефти!

К тому же, если какая-либо компания сможет консолидировать три процента или более акций “Транснефти”, она будет вправе претендовать на место в совете директоров монополии.

Сейчас у «Транснефти» снова тяжелый период. Для практически готового нефтепровода Куюмба-Тайшет не оказалось нефти, а содержать трубу надо. За девять месяцев 2015 года отношение чистой прибыли к доходам сократилось до 1,5%. Расходы компании растут, доходы падают. И тут как тут подоспел иск к «Транснефти» никому не известного ООО “Прожектор”. Дело будет рассматриваться в Арбитражном суде Москвы 14 декабря. Истец, владеющий 141 привилегированной акцией компании, требует признать свои акции голосующими.

Кто стоит за «Прожектором», доподлинно неизвестно, цепочка подставных фирм длинная. Однако аналитики уверены, что в ее конце находится Илья Щербович, и на это есть косвенные улики.

Сам факт подачи иска компанией с ничтожной долей капитала (0,0019% уставного капитала), который не дает ей никаких преимуществ даже в случае выигрыша, прямо приводит к заключению, что речь идет о выполнении какого-то заказа, очевидно имеющего целью наживу и нанесение ущерба интересам России. Собственно, Илья Щербович всегда такими вещами и занимался.

История префов «Транснефти»: ничего, кроме криминала

Вхождение в Совет директоров Щербовича или кого другого, по большому счету, никак не повлияет на деятельность трубопроводной монополии, но неизвестные получат доступ к конфиденциальной информации о топливном рынке России – в августе «Прожектор» уже запросил от «Транснефти» 1000 документов по транспорту нефти за последние пять лет с договорами и приложениями. Это некомфортная ситуация для компании и Минэнерго. К тому же негосударственные владельцы акций могут потребовать резкого увеличения дивидендов, что в условиях финансового кризиса еще менее нужно государству.

Однако у государства есть способ решить проблему раз и навсегда – поднять вопрос о незаконности факта выпуска и владения привилегированными акциями. История появления на свет префов «Транснефти» стала предметом уголовного дела едва ли не сразу после их выпуска.

До апреля 1997 года уставный капитал «Транснефти» составлял 4,497 млрд. руб. и был представлен 4,497 млн. обыкновенных акций номинальной стоимостью по 1 тыс. рублей. В мае 1997 года Советом директоров компании под руководством президента «Транснефти» Черняева В.Д. было принято решение об увеличении уставного капитала компании до 6,2 млрд. рублей и дополнительной эмиссии привилегированных (не голосующих) акций в размере 1 595 000 шт., равных стоимости 25% уставного капитала. Акции были распространены бесплатно среди 70 тыс. рабочих и служащих региональных подразделений компании.

Через месяц после эмиссии акций Совет директоров АК «Транснефть» принял решение «о консолидации» привилегированных акций компании «в целях сохранения государственного контроля над системой предприятий трубопроводного транспорта и защиты компании от проникновения в ее органы управления сторонних инвесторов». По указанию Черняева руководители региональных подразделений компании под угрозой увольнения, о чем имеется ряд заявлений бывших акционеров компании, за 250-265 тыс. рублей за одну акцию ($44-47) скупили 1 330 405 префов. Деньги за акции выплачивались сотрудникам компании наличными через кассу.

Деньги для скупки акций руководителям региональных подразделений в сумме более 340 млрд рублей дала взаймы головная компания.

Скупленные акции у руководителей подразделений выкупила ЗАО «Национальное перестраховочное общество» (НПО), а руководители вернули деньги головной конторе. Председателем совета директоров ЗАО «НПО» являлся лично президент АК «Транснефть» Черняев В.Д.

Прокуратура РФ усмотрела в действиях должностных лиц и руководителей АК «Транснефть» признаки преступлений, предусмотренных ст.ст. 201 ч.2 и 159 ч.З УК РФ. По оценке следователей, госкомпании был причинен ущерб на сумму свыше 650 млн. долларов США. По факту незаконной эмиссии привилегированных акций 31 июля 1998 года Генпрокуратурой было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № 18/221-035-98 по ст. 201 УК РФ.

Следствие по делу о незаконной эмиссии акций «Транснефти» не было завершено. В августе 2000 года, когда материалы уголовного дела были подготовлены для передачи в суд и оформлено обвинительное заключение, по письменному распоряжению начальника следственного управления Генпрокуратуры дело было прекращено (по ст.5 п.2 УПК РСФСР – за отсутствием в деянии состава преступления).

Срок давности по краже имущества «Транснефти» через выпуск привилегированных акций официально истек. Но раз акции были признаны крадеными, то их переход из рук в руки подходит под статью о скупке заведомо краденого (ст. 175 УК РФ).

В условиях сегодняшнего экономического кризиса привилегированные акции являются камнем на шее не столько «Транснефти», сколько государства. На дивиденды по префам за 2014 год компании пришлось израсходовать 1,178 млрд рублей, совсем не лишних для трещащего по швам государственного бюджета.

Да и зачем вообще существуют привилегированные акции госмонополии? Когда-то эти акции выпустили исключительно, чтобы украсть деньги. Сейчас их используют для атаки на стратегическую российскую монополию, и наверняка не в последний раз. Может, хватит? Конвертировать бы государству привилегированные акции «Транснефти» в рублевые беспроцентные векселя с погашением в 2024 году, как когда-то Щербович с Федоровым сделали с капиталом обворованного ими банка «Восток – Запад», да и дело с концом.

UCP Ильи Щербовича позаимствовал «Прожектор» у Анатолия Гавриленко

В Арбитражном суде Москвы 14 декабря будет рассматриваться иск ООО «Прожектор» к ОАО «АК «Транснефть» по поводу выплат дивидендов на привилегированные акции трубопроводной монополии за 2014 год. «Прожектор» требует признать привилегированные акции компании голосующими на том основании, что «Транснефть» выплачивает дивиденды не в полном размере, намеренно занижая размер прибыли компании. В СМИ неоднократно высказывались предположения, что за «Прожектором» стоят интересы Ильи Щербовича, главы группы компаний UCP. На схеме показана цепочка юридических и физических лиц, через которые Илья Щербович реализует свой план действий.

ООО «Прожектор» – техническая фирма-пустышка с капиталом в 10 тыс. рублей. Ее учредителем и зиц-руководителем числится некая Сидорова Татьяна Владимировна. Это ее работа – числится учредителем и руководителем фирм-пустышек. Учредителем она числится в 25 компаниях, руководителем – в 18.

Сидорова также числится руководителем в ЗАО «Таркус». Ее 100-процентным учредителем является ЗАО «Форб» – контора более высокого уровня, на ней висит 223 учрежденные компании. В свою очередь, ЗАО «Форб» через цепочку трех афиллированных компаний, где она является учредителем со 100% участием, владеет пакетом в ЗАО «Алор Инвест» (84,98%). Здесь мы приближаемся к одному из главных реальных участников всей этой сложной цепочки фирм – семье Гавриленко. В ЗАО «Алор Инвест» наибольшие доли принадлежат Гавриленко Анатолию Григорьевичу, его супруге Наталье Николаевне и его сыну Анатолию Анатольевичу.

Анатолий Григорьевич Гавриленко – одна из ключевых фигур в запутанной схеме этих финансовых организаций. Он занимает разные должности в 38 компаниях, среди которых ТПП РФ, все российские биржи, Служба Банка России по финансовым рынкам (СБРФР). Среди этих должностей – председатель Наблюдательного совета группы компаний «АЛОР». То есть мизерные доли в капитале «Алор Инвест» не должны вводить в заблуждение – семья Гавриленко полностью контролирует компанию и все остальные перечисленные фирмы-прокладки.

Одна из почетных должностей А.Г. Гавриленко – Председатель попечительского совета НПФ «Наследие», который купил Илья Щербович через компанию «Администратор фондов». С Гавриленко Щербович имел дела и раньше, Гавриленко и партнер Щербовича по UCP Александр Шмелев входили в члены совета директоров ныне упраздненной фирмы ОАО «РТС».

В схеме еще принимает участие Татьяна Николаевна Фролова, близкая сотрудница Гавриленко. Она числилась в учредителях ОАО «Администратор фондов», а сейчас связана с очень важной компанией «Главная дорога», где «принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит акционерное общество» (так сказано на сайте компании). А.А. Гавриленко в этой компании входит в совет директоров. «Главная дорога» строила и эксплуатирует новый платный выход на МКАД с Минского шоссе, единственный учредитель этой фирмы – кипрская компания ФАРМКОМБ ЛТД.

В итоге вырисовывается следующая схема. Илья Щербович сам или по чьему-то заказу начал атаку на государственную компанию «Транснефть», что само по себе достаточно рискованное мероприятие. Как человек осторожный, он решил использовать не собственную фирму-пустышку, а пустышку из корзинки Анатолий Гавриленко, связи которого в российской элите настолько прочны, что тронуть его никто не посмеет.

Источник: rospres.com

Leave a Reply

Your email address will not be published.

РусскийУкраїнська